Десантавры

Среди славных страниц истории Воздушно-десантных войск освоение десантирований БМД с размещенными внутри экипажами занимает законное место. И как же может быть иначе? Именно в ВДВ зародилась эта дерзкая, непостижимая для многих, а потому страшная, идея посадить гвардейцев в БМД без парашютов и других индивидуальных средств спасения. Эта грандиозная задача была поставлена Командующим ВДВ Героем Советского Союза генералом армии Василием Филипповичем Маргеловым в начале 1970-х, сразу при поступлении в ВДВ БМД-1. Идея была поддержана его единомышленниками-десантниками, теми, кто осознавал, что значит быстрое приведение боевых машин, а, следовательно, и подразделений десанта, в готовность к бою после приземления.

Задача оказалась архисложной. Но советская оборонная промышленность и военные специалисты в кратчайшие сроки успешно с нею справились. В боевом отделении БМД-1 были установлены космические кресла (в несколько упрощенном варианте) "Казбек-Д", военные медики (Государственный НИИ авиационной и космической медицины) изучили все стадии десантирования и дали рекомендации по преодолению перегрузок.

Несмотря на решение технической проблемы, на пути первого экспериментального десантирования двух членов экипажа внутри БМД-1 на серийных парашютно-платформенных средствах встал ГосНИИ ВВС им. Чкалова, который проводил государственные испытания средств десантирования. Он мотивировал это тем, что в боевой машине нет средств индивидуального спасения экипажа.

Многих трудов Командующему стоило убедить министра обороны А.А. Гречко дать разрешение на первое десантирование. Маршал не соглашался ни в какую, опасаясь за жизнь людей. Командующий предложил свою кандидатуру на участие в эксперименте, но получил категорический отказ.

— В таком случае, товарищ министр, будет прыгать мой сын Александр, офицер-десантник, сотрудник Научно-технического комитета ВДВ и мастер парашютного спорта, преподаватель нашего десантного училища майор Леонид Зуев. Александр занимается экспериментом в НТК, а Зуев уже начал экспериментировать в училище, за что "удостоился кляузы" от политработников. Ну, я его и взял готовиться лично к этому уникальному прыжку.

— Но почему все-таки сын? — спросил Гречко.

— Много я видел слез матерей, оплакивающих своих погибших мужей и сыновей. А поскольку дело новое и очень рискованное, где все может случиться, я лично несу всю ответственность и отвечаю головой за исход эксперимента.

Комплекс "парашют-машина-экипаж" получил имя "Кентавр". Впервые в мировой практике экспериментальное десантирование двух членов экипажа внутри БМД-1 из самолета АН-12 состоялось 5 января 1973 г. на базе 106-й гв. вдд под Тулой. Экипаж в составе подполковника Леонида Зуева и старшего инженера-лейтенанта Александра Маргелова на деле подтвердил правильность результатов исследований и технических решений отечественной науки и военной медицины. После этого десантирования на гербе Тульской дивизии появился кентавр...

Рассказывают, что на Западе попытались повторить подобный эксперимент. Во Франции в боевую машину был посажен заключенный, приговоренный к смертной казни. Машина разбилась — "приговор привели в исполнение". Много позже эксперимент провели и в США.

Однако результат был настолько плачевен, что больше на Западе попыток никто не делал.

Потом в СССР были другие эксперименты и штатные десантирования экипажей боевых машин и артиллерийских расчетов внутри и совместно с боевой техникой ВДВ.

Среди них достойное место занимает беспримерный прыжок с личным парашютом из снижающегося комплекса совместного десантирования (КСД) офицера НТК Александра Петриченко. Как и в комплексе "Кентавр", КСД боевая машина десантировалась на парашютно-платфор-менных средствах, но на торце платформы крепилась кабина на четверых человек, что позволяло разместить сразу шесть членов экипажа. Теоретически эти четыре человека в случае необходимости могли покинуть комплекс на личных парашютах. Вот это и решил проверить Командующий в ходе войсковых полковых учений 26 августа 1975 г. В войсках это было уже не первое десантирование КСД, но такой прыжок выполнялся в первый и последний раз! В последний потому, что заслуженный мастер парашютного спорта А. Петриченко после покидания комплекса с трудом избежал попадания под оснастку, болтающуюся под платформой на металлических тросах. После получения отрицательного заключения опытного парашютиста КСД некоторое время использовались в войсках для десантирования гаубиц и пушек с расчетами, пока вся артиллерия не была переведена на базу гусеничных боевых машин. А. Петриченко совершил поистине подвиг, который так и не был оценен по достоинству.

По требованию Командующего уже в ходе подготовки первых "Кентавров" началась разработка парашютно-реактивной системы. Работа, продолжавшаяся не один год, увенчалась успехом — такая система (ПРСМ-915) была создана! Преимущества ее были очевидны: всего один купол в 540 кв. м (вместо 4—5 по 760 кв. м на КСД и "Кентавре") и блок реактивных двигателей мягкой посадки (плюс дополнительное оборудование) размещались непосредственно на корпусе машины, которая своим ходом выдвигалась с экипажем на аэродром и своим ходом загружалась в самолет. Причем скорость снижения такой системы достигала 25 м/с (на МКС — 5—6 м/с), что делало ее практически неуязвимой от огня противника.

Двадцать третьего января 1976 г. на базе 76-й гв. вдд под Псковом было проведено историческое экспериментальное десантирование комплекса "Реактавр" с двумя членами экипажа: командир — майор А. Маргелов, механик-водитель — подполковник Л. Щербаков. Зимнее время было выбрано не случайно — расчет был на глубокий снег на площадке приземления, который должен был смягчить приземление. Однако испытателей как следует "приложило" на укатанную ледяную дорогу, так что перегрузка прошлась по ним в полную меру. К счастью, это особо не повлияло на последующие действия экипажа: элементы вождения и стрельба были выполнены четко, в соответствии с задачей. ВДВ получили новое средство десантирования, значительно повышающее их боевые возможности. Члены экипажа были представлены к званию Героя Советского Союза, но только через 20 лет они стали Героями уже России.

Позже заводом "Универсал" были созданы бесплатформенные средства десантирования, сочетающие в себе надежность парашютных систем, легкость и маневренность, как при использовании ПРС. В присутствии Командующего ВДВ вблизи подмосковной деревни Медвежьи озера 22 декабря 1978 г. было проведено экспериментальное десантирование "Кентавра" на бесплатформенных средствах десантирования (ЗП-170) — командир экипажа подполковник Юрий Бражников, механик-водитель — гвардеец срочной службы Василий Кобченко. Десантирование показало высокую надежность системы ЗП-170 и подтвердило прекрасные эксплуатационные характеристики, не уступающие парашютно-реактивной системе. Больше того, конструктивно был решен сложнейший вопрос исключения опрокидывания боевой машины при боковом сносе системы. До настоящего времени ЗП-170 является единственной системой, позволяющей десантировать боевую машину на воду. Однако Командующий Маргелов не успел принять систему ЗП-170 на вооружение войск.

Работа по претворению в жизнь идей генерала В.Ф. Маргелова продолжалась. Были отработаны десантирования бронеобъектов на сушу и на воду при ветре до 15 м в секунду, десантирование боевой техники и грузов со сверхмалых высот (правда, без экипажей), наконец, десантирование полного экипажа внутри БМД-3.

Двадцатое августа 1998 г. в ходе показательных тактических учений 104-го гв. пдп 76-й гв. вдд впервые в войсковой практике в десантировании приняли участие гвардейцы-десантники: 22-летний старший лейтенант Вячеслав Конев (командир экипажа), младшие сержанты Алексей Аблизин и Замир Билимихов, ефрейтор Владимир Сидоренко, рядовые Денис Горев, Дмитрий Кондратьев, Зураб Томаев. И как всегда в подобных случаях — добровольцы.

Десантирование происходило на новой бесплатформенной парашютной системе ПБС-950 разработки того же завода "Универсал" (ныне — московский конструкторско-производственный комплекс "Универсал"). Непосредственно новую систему создавали специалисты 9-го отдела завода (ныне — 2-й отдел) под руководством начальника отдела Петкуса Генриха Владимировича, подписи которого стояли на листах готовности первого и последующих "Кентавров".

Прошло немного времени, и уже только что назначенный новый командующий ВДВ генерал-лейтенант Александр Колмаков присутствует на очередном десантировании полного экипажа внутри БМД-3. Это произошло в ходе Центрального сбора руководящего состава воздушно-десантных служб Министерства обороны 24 сентября 2003 г. на базе 106 гв. вдд.

Всего на конец 2004 г. было проведено около пятидесяти десантирований экипажей и артиллерийских расчетов в различных системах десантирования, в которых приняло участие более 110 человек. Многие участники подготовки и проведения таких десантирований — ученые, инженеры, офицеры, генералы — стали лауреатами Государственной премии СССР, были награждены орденами и медалями, удостоились ученых званий. Честь им и хвала, патриотам России, тем более тем, кто до сих пор, невзирая на все выпавшие беды, высоко держит знамя Советской Российской Науки и дорожит Честью защитника Родины и воина-десантника!


     Герой России Александр МАРГЕЛОВ